Культура > История

1435

Ровно 81 год назад на белорусской земле было совершено страшное злодеяние. Вспоминаем жертв Хатыни

 +

Хатынь. Вечная память и скорбь Беларуси

В этом живописном уголке Беларуси время остановилось 81 год назад. Здесь редко поют птицы, не слышен лай собак, мычание коров, умолк детский смех. С 22 марта 1943 года здесь не пахнет свежеиспеченным хлебом, картошкой с зажаренными шкварками, парным молоком… Но с 5 июля 1969 года каждые 30 секунд местная скорбная тишина разрывается нежным колокольным переливом, наполняющим души состраданием, болью и тревогой. Хатынь… 149 истерзанных, загубленных фашистами душ, из которых 75 детских.

Каждому воздастся

Впервые о трагедии, уже в начале апреля 1943 года, в статье «Запомни и отомсти» рассказала газета «Ленинец» Плещеницкого РК КП(б)Б и Н-ского партизанского отряда. После войны будут отсняты километры кинопленки, написаны десятки тысяч газетных статей, сотни книг. И тем не менее даже самые авторитетные историки считают, что мы далеко не все знаем о той ужасной трагедии. И неизвестно, будет ли однажды поставлена последняя точка. Но для белорусов нет срока давности в подобных делах. Подтверждением тому — вынесенный Верховным Судом 18 февраля этого года приговор хатынскому палачу Катрюку, признанному виновным в совершении геноцида против белорусского народа. Учитывая, что преступник умер от инсульта в Канаде девять лет назад, обвинительный приговор постановлен без назначения наказания. Наказала ли жизнь Катрюка? Возможно, но это 93‑летнее чудовище пережило семинедельного, самого младшего ребенка, сгоревшего в сарае Хатыни, на целых 72 (!!!) года.

К слову, в судебных заседаниях в Верховном Суде принимал участие постоянный автор «СБ» — краевед и член Союза писателей Беларуси Александр Павлюкович.

По его словам, атмосфера в зале, невзирая на давнишний срок трагедии, была тяжелой. Коснулся Александр Петрович и жизненной справедливости:

— В свое время Васюра давал показания на Катрюка о том, что последний лично участвовал в уничтожении мирного населения. Советский Союз еще в середине 1980‑х посылал запрос на выдачу Канадой Катрюка, но, увы... Этот преступник жил, и, надо полагать, неплохо, где-то под Монреалем, разводил пчел. Да, безусловно, есть в этом несправедливость. Но наверняка всю жизнь хатынских (и не только) карателей преследовали тени их жертв. В прошлом году ушел из жизни следователь-криминалист Евгений Николаевич Давидович, который занимался расследованием преступлений нацистов 118‑го зондер-батальона СС Дирлевангера в Хатыни. Так вот, он мне рассказывал, что когда пришли арестовывать Григория Лакусту, помощника командира взвода из этого батальона, то палач выдохнул: «А я вас ждал!» А ведь он хорошо обосновался после войны. Работал в Донецке шахтером, после женитьбы у него родилась дочь, которая после школы поступила в пединститут и даже стала там секретарем комсомольской организации.

Трагические цифры нашей истории

— Александр Петрович, вы, можно сказать, на этом судебном процессе переписали историю. Точнее, ее цифры. По вашему мнению, в Хатыни погибло не 149, а 150 человек?

— Да, совершенно верно. Когда эсэсовцы 22 марта 1943 года начали окружать деревню, с левой стороны шел батальон полицаев, а с правой — каратели зондеркоманды Дирлевангера. Они стреляли по убегающим партизанам. Леса там в 1943 году не было, только чистое поле. А жители Мокради, соседней с Хатынью деревни, услышали и тоже стали убегать. Нина Белякова шла по полю с ведрами воды, случайная пуля попала ей в грудь. Она погибла. Это была самая первая жертва хатынской трагедии.

— По сей день ходят фейки, касающиеся Иосифа Каминского. Один из них: Каминский успел убежать в лес и прятался, пока не уехали нацисты. Второй: Каминского немцы отправили резать овец для обеда фашистов.

— Да, я слышал подобное. Это ложь и чушь. Жители деревни Козыри, которые его знали лично, в том числе парились с ним в бане, рассказывали мне, что видели его обширные ожоги на теле. Когда Иосиф был жив, его лечила врач из деревни Лесничёвки, она также говорила о страшных шрамах. Одна из жительниц деревни Морозовки, Масловская, рассказывала, что Иосифу ее родители смазывали раны от ожогов овечьим жиром. Он от боли стонал и даже кричал. Когда был жив Виктор Андреевич Желобкович, я разговаривал с ним на эту тему, и он крайне возмущался. Он как очевидец утверждал, что Каминский был в сарае. К сожалению, 24 мая 2020‑го на 87‑м году жизни Виктор Желобкович умер. Он был последним из нескольких выживших тогда в Хатыни. Если и живы сегодня где-то очевидцы, то, скорее всего, они были участниками, исполнителями тех кровавых преступлений. И их уже заждались в аду и Васюра, и Катрюк, и Вёльке, и прочая гитлеровская нечисть из сожженной Хатыни.

О заблудших и одурманенных

Кому-то может показаться, что такие подробности несущественны. Был Каминский в сарае, не был, что это меняет?! 149 человек погибло в Хатыни или 150, какая разница?! Огромная. Пока мы не узнаем всё о тех страшных и кровавых событиях, мы не имеем права ставить точку. Кроме того, постепенно, исподволь и незаметно широко растиражированные фейковые версии событий прошлых трагических лет становятся для многих «исторической правдой». И уже партизаны, убившие на дороге «безобидного» олимпийского чемпиона 1936 года Ханса Вёльке, виноваты в гибели жителей Хатыни. Можно спросить, какой дьявол привел этого легкоатлета на земли Белоруссии? Может, он не знал, что его соплеменники намеревались уничтожить здесь 75 процентов мирных жителей? Давайте еще порассуждаем о том, что Хатынь спалили не немцы, а украинские и литовские националисты. Да и те лишь исполняли приказ. Хочется уточнить, а кто собрал под своими нацистскими знаменами и бросил на расправу со стариками, женщинами и детьми это сатанинское отребье?

­­­­Президент Беларуси в марте 2021 года в Хатыни, можно сказать, пригвоздил к позорному столбу сомневающихся:

— Пусть это единицы (как говорят, в семье не без урода), но такие, к сожалению, есть и в современной Белоруссии. Я обращаюсь ко всем, кто убежден, что фашизм «нес на нашу землю цивилизацию»; кто героизирует убийц; кто поклоняется бчб-флагам‚ под которыми проводился геноцид белорусского народа. Мы занялись этой проблемой, и мы докажем и покажем всему миру, что такое геноцид и что те, кто сегодня нас пытается поучать, как жить, как минимум не имеют на это права. Всем вам, заблудшим и одурманенным, говорю: «Иди и смотри!» Иди в Хатынь, Борки, Олу, Дальву, Усакино, Шуневку, Озаричи, к мемориалам «Тростенец», «Яма», «Красный Берег». Смотри: глазами ребенка‚ выжившего под телом убитой матери; глазами детей, брошенных умирать в колодец; глазами застреленной беременной женщины, так и не познавшей счастья материнства; глазами отца, доставшего из пепла мертвого сына; глазами повешенных беспомощных стариков.

И это, увы, не последние данные

Традиционно слова Главы государства не разошлись с делом. В апреле того же 2021 года Генеральная прокуратура Беларуси возбудила уголовное дело по факту геноцида населения Беларуси во время Великой Отечественной войны и в послевоенный период. Следователями была проведена огромная и скрупулезная работа. Показавшая, что масштабы трагедии белорусского народа были неполными. В частности, следствием уже установлено, что в годы войны нацистами было сожжено не 9200 белорусских деревень, как считалось ранее, а не менее 12 349. Из них 3194 ранее неизвестных. Не так давно считалось, что в концлагере Тростенец было уничтожено 246 тысяч человек, сегодня речь идет не менее чем о 546 тысячах. Также было установлено, что в Белоруссии гитлеровцами и их пособниками было проведено не 140, а около 180 карательных операций, угнано в рабство более 380 тысяч человек, убито не менее трех миллионов граждан и военнопленных.

Только для, простите, клинических идиотов это всего лишь цифры. Для нас за каждой из них живые души детей, женщин, стариков… Над нами, белорусами, иногда подшучивают, что мы, мол, «памяркоўныя», а то и «абыякавыя да жыцця», живем по принципу «лишь бы не было войны!». А какая-то другая страна прошла через подобные ужасы войны? В какой-то иной стране вешали, расстреливали, насиловали, сжигали целыми семьями, деревнями, селами? Наше выстраданное тысячелетиями желание жить под мирным небом вписалось в генетический код каждого белоруса. И только мы будем решать, как нам жить.

В огне бессмертия

55 лет назад, в июле 1956 года, на церемонии открытия мемориального комплекса «Хатынь» Иосиф Каминский со слезами обратился к собравшимся: «Когда вспоминаю о Хатыни, сердце кровью обливается. В огне погибли четверо моих детей и жена. От деревни остались лишь печные трубы да пепел. Люди, не допустите больше такого!»

До самой своей смерти, вплоть до 24 мая 1973 года, Иосиф Иосифович ежедневно приходил из деревни Козыри, где он жил после трагедии, в Хатынь. Шесть километров туда, шесть обратно. Отправляясь, он говорил: «Пойду к своим!» О чем он думал, сидя у своего сожженного 22 марта 1943 года домика? Кого вспоминал? За что себя винил?

Для белорусов Хатынь — это ведь мемориал не только об одной деревне. Это память и о других сожженных (12 348!!!) деревнях и о тех, кто погиб в застенках почти шестисот концлагерей. Из которых полтора десятка детских. Хатынь — это вечная, повторимся, вечная (!) память обо всех мирных людях, ставших жертвами политики расового превосходства, политики геноцида, политики выжженной земли. И ничего подобного на планете нет нигде. И мы сегодня, завтра и всегда обязаны сделать все возможное, чтобы пресечь попытки извращенцев от истории оплевать, выхолостить наше историческое прошлое. Особенно в части, касающейся Великой Отечественной войны. Это наша боль, наша гордость, наша Победа. И мы ее никому не отдадим!

usachev@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки на оригинал статьи.

Читайте dneprovec.by «Вконтакте» → vk.com/rnewscity Читайте dneprovec.by в «Одноклассниках» → ok.ru/rcity